75 лет Микеле Плачидо: как «комиссара Каттани» в Душанбе чуть не зарезали разъяренные таджики

19 мая один из самых известных в нашей стране итальянских актеров отмечает юбилей

Фото: GLOBAL LOOK PRESS

Во второй половине 80-х Микеле Плачидо фактически был народным артистом СССР. До того актера в нашей стране почти не знали (мало кто обратил на него внимание в комедии «Народный роман» или драме «Фонтамара», купленных для советского проката), а в 90-е он уже казался героем минувших дней. Но пока Центральное телевидение показывало сериал «Спрут» и три его продолжения, изо всех итальянцев в Советском Союзе популярнее Плачидо был разве что Челентано.
«МОЕГО ГЕРОЯ УБИЛИ ЖЕСТОКО, ЧТОБЫ У СЦЕНАРИСТОВ НЕ БЫЛО ШАНСА ЕГО ОЖИВИТЬ»

О «Спруте» в связи с Плачидо вспоминают в первую очередь и в России, и в Италии, и во всем мире. Хотя и до этого карьера Микеле складывалась вполне неплохо.

Он родился в 1946 году в апулийском городке Асколи-Сатриано. Учился в школе при монастыре, потом служил в римской полиции («если бы не пошел в кино, в конце концов стал бы отличным комиссаром!» — говорил он много лет спустя). В конце концов его приняли в Академию драматических искусств. И с начала 70-х Плачидо не знал с работой никаких проблем: его активно снимали и в комедиях, и в драмах, и в полицейских фильмах. В 1976-м он получил итальянский «Оскар» — премию «Давид Донателло» — за роль в «Триумфальном марше» Марко Белоккьо, а два года спустя был назван лучшим актером на Берлинском кинофестивале за роль конюха-гомосексуалиста в трагикомедии «Эрнесто». Он играл и в эротической комедии Луиджи Коменчини «Боже, как низко я пала!», и в «Крыльях голубки» Бенуа Жако по повести Генри Джеймса, и в «Трех братьях» Франческо Рози, снятых по мотивам рассказа Андрея Платонова…

И все это, как и остальные четыре десятка ролей, оказалось в тени, когда весной 1984-го итальянское телевидение начало показывать «Спрута». Говорят, его посмотрел каждый второй взрослый житель страны. В принципе, и раньше все были в курсе, что на Сицилии процветает мафия — но после сериала эта тема стала в итальянских СМИ главной, захватив эфир телеканалов и обложки газет: все словно вдруг осознали, что закрывать глаза на сицилийскую организованную преступность, делая вид, что это такой вековой народный промысел, больше нельзя.

Слово placido переводится с итальянского как «спокойный, мирный, тихий». Актер говорил, что по характеру своей фамилии вполне соответствует. И что именно постановщик «Спрута» Дамиано Дамиани, у которого он начал сниматься задолго до этого сенсационного сериала, научил его, когда надо для роли, «отбрасывать мягкотелость, добродушие, рефлексию и становиться решительным, жестким, даже злым».

За первым «Спрутом» мигом последовал второй, потом третий, потом четвертый. Мафии сериал очень не нравился — и продюсеры, и лично Плачидо получали письма с угрозами. В итоге съемки многих сцен приходилось проводить где угодно (в Швейцарии, Греции, Германии, даже в Британии) — только не в Италии, где это было попросту опасно. Зато «Спрута» показали в 80 странах — немыслимый результат для итальянского телепродукта. И в конце июля 1986 года комиссар Каттани овладел мыслями всех советских телезрителей.
Микеле Плачидо в сериале «Спрут»

Микеле Плачидо в сериале «Спрут»

Фото: кадр из фильма

Постепенно комиссар Плачидо осточертел: он понял, что больше сниматься в сериале не хочет. В четвертом сезоне Каттани торжественно убили: его долго-долго расстреливали в упор из автоматов. На таком способе умерщвления настоял сам актер: он хотел, чтобы его герой на глазах у зрителей погиб совсем, окончательно, чтобы у сценаристов не осталось ни единого шанса отправить его в кому, а потом оживить. (Впрочем, сам по себе сериал «Спрут» даже после гибели главного героя протянул на телевидении еще шесть сезонов: тема была столь актуальной для Италии, что на смену убиенному пришли новые персонажи, подхватившие знамя борьбы с мафией).
КАК ОН СТАЛ МАЙОРОМ-«АФГАНЦЕМ»

В интервью осаждавшим его советским журналистам Плачидо говорил, что не прочь сняться в Советском Союзе. Он говорил, что все его образование было основано на русской литературе, от Пушкина до Горького, и именно русские писатели создали его душу. Вслух мечтал исполнить роль одного из старших братьев Карамазовых, повторяя, что Достоевский — один из его любимых писателей. Но судьба распорядилась иначе: в СССР он снялся в роли майора Бандуры, воюющего в Афганистане в составе ограниченного контингента войск. Фильм назывался «Афганский излом», снимал его Владимир Бортко, работа шла в Таджикистане, и Плачидо прилетел в Душанбе аккурат перед началом массовых беспорядков в феврале 1990 года.

Участница съемок Ирина Ильина вспоминала в журнале «Сеанс»: «Вот он сам — словно с рекламного плаката, итальянец среди русских, какой там советский майор… «Марсианин»,- шепчет [Владимир Бортко]. Седую шевелюру итальянца перекрашивают в черный цвет, переодевают в заношенную форму…

Кто-то рассказывает: «Ехали на съемку через площадь — у здания ЦК стояла группа с плакатом «Долой армян». «Что это?» — спросил Плачидо. «Это так — перестройка». Вот здесь можно было бы поставить точку. Потому что дальше начинается область легенд, к примеру, о том, как Плачидо одним своим видом остановил беснующуюся толпу, и все бросились брать у него автографы, а если не легенды, то — искаженное злобой лицо таджика, бьющего ногами в живот беременную женщину, звонок из КГБ — «назовите приметы работавшего у вас Матросова Никиты» (администратор «Афганского излома», погибший на этих съемках. — Ред.), выход из гостиницы под обстрелом (нет, не кинохроника — наяву, с нами происходит: два танка и три военных грузовика забирают нас, увозят из города, а мы едем и решаем, как поступать, если в нашу, крытую брезентом машину бросят бутылку с зажигательной смесью), и дальше — грузовой отсек огромного транспортного самолета, в нем из Ташкента в Душанбе привезли танки, а нас — обратным рейсом — в Ташкент, и мы летим, сидя на мешках и чемоданах — русские и итальянцы…»
Микеле Плачидо в фильме «Афганский излом»

Микеле Плачидо в фильме «Афганский излом»

Фото: кадр из фильма

По словам Бортко, из Таджикистана Плачидо и всю съемочную группу провожала толпа агрессивных людей с ножами и прочим оружием, и солдатам приходилось стрелять поверх нее трассирующими пулями, чтобы охладить пыл. В Узбекистане, Туркменистане и Сирии, где заканчивали съемки, все было поспокойнее. Но все равно, у Плачидо еще не было настолько трудной киноэкспедиции. «Практически нулевая техника. Отсутствие технических средств, к которым я привык. Никаких удобств на съемках, временами не было даже питьевой воды. Я чувствовал себя в атмосфере итальянского кино времен неореализма!»- говорил он журналистам.

И при этом, увы, в итоге фильм посмотрело не так уж много зрителей. В середине 1991 года, когда он вышел, советский прокат окончательно разваливался, а афганская тема зрителей уже утомила — тем более, каждый день возникали новые и не менее болезненные.
ОН НЕ СПЕШИЛ РАСПИСЫВАТЬСЯ С ПОДРУГАМИ

В первый раз Плачидо официально женился только в 1989 году, на актрисе Симонетте Стефанелли (ее все знают по «Крестному отцу» Фрэнсиса Форда Копполы — она там играла Аполлонию, сицилийскую жену Майкла Корлеоне, которую взорвали вместе с автомобилем). До заключения брака Симонетта и Микеле находились в отношениях четырнадцать лет и успели произвести на свет дочку (а потом, уже будучи мужем и женой — еще двоих сыновей). Но в 1988 году у Плачидо родился еще и внебрачный сын от другой женщины.

Брак продлился недолго — в 1994 году супруги развелись. В 2002 году 56-летний Плачидо встретил 19-летнюю актрису и певицу Федерику Винченти. Повторилась та же история: они долго жили вместе, произвели на свет ребенка, и только десятилетие совместной жизни отпраздновали официальным походом под венец.

Сейчас Плачидо продолжает активно сниматься в кино, на его счету уже 125 кино- и телепроектов, новый — «Тень Караваджо», где его партнерами стали Луи Гаррель и Изабель Юппер — выйдет в этом году. По-прежнему любит Россию, иногда приезжает к нам, то чтобы принять участие в культурных проектах, то чтобы сняться в ток-шоу. И, как многие итальянцы, нахваливает Владимира Путина: «Он номер один в международной политике, потому что у него есть четкие идеи и моральная сила, чтобы отвечать на вызовы нынешнего тяжелого периода».

Источник

130 Просмотры

Похожее